Вы находитесь здесь: / Драгоценности / Страницы истории / Chanel. Коллекция «1932». Колье Allure Céleste

Chanel. Коллекция «1932». Колье Allure Céleste

Девяносто лет назад Габриэль Шанель представила первую в мире коллекцию Высокого ювелирного искусства «Bijoux de Diamants». В ней блистательно продемонстрирован принцип, которым неизменно руководствовалась Великая мадемуазель в своей работе: драгоценное украшение не должно стеснять.

«Лучший способ забыть кризис — любоваться новыми, красивыми вещами. Благо, искусные мастера и прекрасные женщины на них неизменно щедры». Габриэль Шанель

1932 год. К этому моменту вся жизнь вот уже три года как остановилась: «черный четверг» 1929 года столкнул мир в пучину Великой депрессии; от бурного расцвета 1920-х остались одни воспоминания. Времена стояли суровые: на дворе кризис,
деньги стремительно обесценивались, потребительский спрос таял, работы становилось меньше, а проблем — все больше. Но именно поэтому 1932 год идеально подходил для того, чтобы рискнуть и дать окружающим надежду.

Нужно пройти сквозь тень, чтобы увидеть свет — и вот по всей Европе прокатилась волна блистательных светских раутов, придуманных, чтобы люди наконец смогли развеяться. Элвин Дира и Жак Озанфан основали джазовый Hot Club de France,
чтобы звуки свинга поплыли по миру. В раззолоченном зале парижской Оперы давали «Сад на берегу Оронта»; дирижировал Филипп Гобер. Двухсоттысячная толпа собралась, чтобы увидеть спуск на воду лайнера «Нормандия». А в ноябре лондонские торговцы алмазами решили, что настала пора оживлять рынок.

Они обратились к женщине, которая уже успела прославиться своими ультрасовременными нарядами и аксессуарами; журналы по всему миру писали, что ее бижутерия эффектнее настоящих драгоценностей. Это была влиятельная женщина, стоявшая во главе неуклонно разраставшейся империи. Женщина, которая дружила с художниками и покровительствовала искусствам, держала руку
на пульсе и умела чутко улавливать дух времени. Женщина, которая изменила саму жизнь других женщин по обе стороны Атлантики, изобрела новую манеру одеваться и относиться к собственному телу. Иными словами, воскресить алмазную биржу
призвана была Габриэль Шанель. Ей тоже порядком надоело всеобщее уныние и упадок. Ведь красота — источник жизни, к ней можно стремиться, о ней можно мечтать. Так Великая мадемуазель придумала первую в истории Высокую ювелирную коллекцию «Bijoux de Diamants». Акции алмазных компаний взлетели уже через два дня — в этой сфере в одночасье наступила новая эра; жизнь начала налаживаться.

«Звезды! Что может подчеркнуть красоту вернее, современнее, на все времена?» Габриэль Шанель

Считается, что строгость и чистоту Мадемуазель Шанель научилась ценить еще в детстве, в аббатстве Обазин, залитом южном французским солнцем. Воспоминания об этом месте всю жизнь служили для нее источником вдохновения и энергии. Один из дорогих ее сердцу образов — солнечные блики на мозаичных полах: по выложенным из мелких камушков пятиконечным звездам и полумесяцам в обители ступали веками. Быть может, крепко стоять на земле — лучший способ оказаться на небесах?

Коко Шанель и в детстве была уверена, что символы наделены особой магией, а после встречи с Боем Кейпелом убедилась в этом окончательно. Их роман был искрой, вспыхнувшей между двумя людьми, готовыми перевернуть мир с ног на голову и превратить свою жизнь в череду приключений.

Original Comète Brooch. 1932

Теплая летняя ночь в Париже. Иссиня-черное небо исчеркано падающими звездами, на темном фоне сияет месяц. Звезды напоминают плавающие и танцующие бриллианты. Так родилась идея, из которой выросли все ювелирные коллекции
CHANEL: любуясь звездами, Великая мадемуазель решила усыпать тела и волосы женщин метеоритным дождем, спустить солнце и луну на землю, чтобы они сияли на женских шеях и пальцах. «Bijoux de Diamants» — совершенное воплощение всей блистательной красоты мироздания, какой ее знала и ценила Мадемуазель Шанель.

«Бриллианты — это минимальный размер при максимальной ценности». Габриэль Шанель

Коллекция «Bijoux de Diamants» — свод ярких стилистических находок и озарений, эффектное приложение принципов Высокой моды к ювелирному искусству. В 1932 году Мадемуазель Шанель впервые в мире создала Высокую ювелирную коллекцию,
тщательно соблюдая единство места, времени и темы; ничего подобного ювелирное искусство эпохи не знало.

В сущности, с драгоценностями она делала то же, что и с нарядами Haute Couture: для начала продумывала силуэт и общую идею, подчеркивая красоту бриллиантов предельной лаконичностью форм. Она предпочитала классическую огранку и минималистичную оправу — такую, чтобы креплений вообще не было видно. Размер и камней, и самих украшений был тщательным образом просчитан, чтобы подчеркнуть идею непреходящей ценности, беспримесной чистоты и
неподвластности украшений сиюминутным прихотям времени и моды.

«Я подобрала формы, позволяющие подчеркнуть сверкающую красоту бриллиантов: звезды, кресты, ниспадающие волны, лучистые кабошоны». Габриэль Шанель

Вопреки несерьезному, казалось бы, названию, коллекция «Bijoux de Diamants» была ослепительна: почти 50 изделий из белых и желтых бриллиантов в платиновой и золотой оправе, придуманных так, чтобы их можно было носить по любому случаю;
чистый, дистиллированный блеск. 22 из дошедших до нас предметов составляют карту звездного неба с кометами, лунами и солнечными дисками. Еще 17 украшений развивают тему оптической иллюзии: они притворяются шелковыми бантами, колышущейся бахромой или невесомыми перьями; 8 предметов переосмысляют геометрическую строгость спиралей, окружностей,
прямоугольников и крестов. Эти формы станут источником вдохновения на годы вперед; их предстоит исследовать и поворачивать разными гранями на протяжении столетий. Насколько мы знаем, существовали еще эффектные броши в форме цифр 3, 5 и 7 — но они исчезли бесследно. Однако в 2012 году был обнаружен архивный киножурнал, который показывали во французских кинотеатрах сети Pathé Gaumont перед сеансами. Там фигурирует несколько украшений из этой коллекции, заснятых в апартаментах Габриэль Шанель на рю дю Фобур Сент-Оноре, 29.

L’Officiel déc 1932

Документальные кадры дают бесценную возможность хотя бы одним глазом заглянуть в мир, женщины, которая ничего не делала так, как принято, и во всех начинаниях была первой и единственной. В центре сюжета — два украшения из желтого золота с желтыми бриллиантами; Габриэль Шанель, верившая в живительную силу солнечных лучей, придумала их задолго до того, как в 1960-е годы подобные вещи вошли в моду. В частности, нам предлагается восхититься тонкой золотой спиралью с бриллиантом на конце, которая изящно оборачивается вокруг пальца; вариацией на ту же тему было и золотое кольцо с топазом, которое Великая
мадемуазель, рожденная под палящим августовским солнцем, считала своим талисманом; еще одно важное украшение — брошь в виде солнца, усыпанная желтыми бриллиантами.

«Украшения на женских пальцах должны быть, как шелковые ленты: у меня они плавно извиваются и легко снимаются». Габриэль Шанель

Кометами и солнечными дисками — одинокими или тройными, несущимися в пустоте или выглядывающими из-за горизонта — Мадемуазель Шанель предлагала осыпать все тело: украшать ими пальто, пояса, лифы платьев. Хвосты комет и метеоров сверкали в мочках ушей, закручивались вокруг запястий, обнимали женщин за шею — но это всегда были разомкнутые объятия. Большая Медведица сверкала на груди, подчиняясь ритму дыхания. Камни, банты, перья и сверкающая бахрома в самых непредсказуемых местах и комбинациях придавали остроту нарядам и прическам; они подчеркивали линию ключицы или изящество руки. Для запястья, в частности, предлагалась вьющаяся бриллиантовая лента из черных и белых контрастных полос. До нас дошло 17 брошей, 9 диадем, 8 колье, 4 кольца, 3 браслета, 2 пары сережек, 2 пары часов и 2 драгоценных аксессуара, в том числе — портсигар, инкрустированный бриллиантами изнутри и снаружи. Все они решают одну, главную задачу: дают женщине возможность блистать.

«Мои украшения существуют не сами по себе, они учитывают настроение женщины и ее наряды. Наряды меняются, а вслед за ними меняются и драгоценности».  Габриэль Шанель

Все, что Мадемуазель Шанель делала в моде и ювелирном искусстве, было удивительно современно. Драгоценности стали для нее новым способом подчеркнуть природную красоту женского тела. Коллекция «Bijoux de Diamants» была не просто новым словом в истории ювелирного искусства — прежде всего она была сделана женщиной для женщин; ее центральная идея — в том, что у каждой может быть свой выбор и своя судьба, что она вольна меняться, ни в чем себя не стесняя — именно поэтому на украшениях Шанель не было застежек.

«Терпеть не могу застежки. Я их отменила! Поэтому мои украшения так легко меняются».  Габриэль Шанель

Коллекцией «Bijoux de Diamants» Мадемуазель Шанель открыто заявляла: «Я выбираю свободу!». Свободу жить так, как хочется. Свободу вырваться из пут и двигаться с удобством. Свободу носить украшения, которые придают яркой личности дополнительный блеск, а не превращают женщину в подставку для сокровищ.

Женщина должна быть вольна комбинировать луны, бахрому и банты так, как ей заблагорассудится, смешивать день с ночью, сочетая солнце с кометами, или превращать колье в тройной браслет, а кулон от него носить вместо броши. Эти украшения давали простор для множества вариаций и интерпретаций, чем восхищали журналистов всей планеты. Драгоценности можно было бесконечно менять, носить где угодно, как угодно, и когда угодно. Коллекция «Bijoux de Diamants» не следовала за модой, а переворачивала все представления о ней.

Девяносто три миллиона камней; восемь миллиардов граней… Все истинно новое служит предметом для слухов и пересудов, так что журналисты наперебой стремились поразить читателей подробностями и цифрами, окутывая коллекцию все более прочной пеленой тайны. Но помимо восторгов, имело место и досада. Представьте себе, как чувствовали себя профессиональные ювелиры, когда узнали, что на какую-то модистку возложена ответственная задача оживить алмазный рынок? Как только стало известно, что лондонские бриллиантщики связались с Габриэль Шанель, Вандомская площадь забурлила. История «Bijoux de Diamants» на глазах превращалась в скандал вокруг Шанель. Вся гильдия в один голос пыталась запретить Габриэль Шанель делать украшения. Но некоторые предметы были проданы уже в самый первый день — так что они смогли дойти до нас, и мы смогли оценить коллекцию по достоинству. В частности, сохранился темно-синий футляр, отделанный изнутри шелком того же оттенка, на котором, как звезда на небосклоне, сверкала платиновая брошь-комета с бриллиантами на 7.8 карата, а также длинное, невероятной гибкости перо, которое можно крепить к лифу, использовать вместо пояса на пальто, надевать на голову вместо обруча, сияющего, как гало, либо обвивать вокруг плеча вместо браслета. С точки зрения техники исполнения это был настоящий триумф.

Мало того, что Мадемуазель Шанель совершила революцию в ювелирном деле — она изменила само представление о смысле и задаче драгоценностей. И здесь каждый шаг был продуман до мелочей. С 7 по 19 ноября 1932 года коллекцию «Bijoux
de Diamants» показывали на выставке; перед этим два дня шел закрытый предпоказ, куда толпами стекались великосветские дамы и журналисты. Даже даты были выбраны неслучайно, ведь под конец года все лихорадочно ищут подарки. Пригласительные открытки, напечатанные черным по белому шрифтом без засечек, сами по себе были образцом сдержанной элегантности. Входной билет стоил 20 франков; сборы жертвовались в пользу двух благотворительных организаций — Общества вспомоществования малоимущим матерям, основанного еще в 1784 году под покровительством королевы Марии-Антуанетты, и Общества
покровительства среднему классу, которое в то время возглавлял писатель Морис Доннэ. Габриэль Шанель впервые проявила себя с неожиданной стороны — как щедрая благотворительница и покровительница искусств (о том, что она еще с 1920- х годов поддерживала Сергея Дягилева и его «Русские сезоны», тогда мало кто знал).

Предпоказы по адресу рю дю Фобур Сент-Оноре, 29 начались с 5 ноября — символическая дата. Габриэль Шанель всегда представляла свои коллекции Haute Couture по пятым числам, в феврале и августе; счастливое число 5 дало название легендарному, созданному в 1921 году аромату, а в будущем — с февраля 1955 года — появится и сумочка с пятеркой в названии. Но все это впереди, а пока в изысканных интерьерах особняка Роан-Монбазон, построенного в XVIII веке и служившего Шанель пристанищем на протяжении почти десяти лет, стекалась светская и культурная публика заодно с представителями прессы. Под потолками с раззолоченной лепниной сверкали хрустальные светильники, отражаясь в бесконечных зеркалах, а среди лаковых ширм прогуливались Жан Кокто, Пабло Пикассо и Глория Свенсон. Хосе-Мария и Руасси Серт, Жорж Орик и дягилевская
танцовщица Алиса Никитина любовались садами Елисейских полей из-под тяжелых бархатных портьер, обрамлявших французские окна в пол. Среди роскошных ковров были расставлены антикварные диваны и кресла, где куратор Музея
декоративного искусства Луи Метман и византинист из Лувра Жорж Дютюи вели светские беседы с супругами Кола Портера и Альфонса Доде.

Прямо в гуще происходящего красовались стеклянные витрины на мраморных пьедесталах, залитые таинственным светом. Внутри находились восковые манекены, наряженные и накрашенные самой Шанель — казалось, они вот-вот заговорят. Их руки и шеи были украшены драгоценностями, чей блеск усиливался благодаря хитрой системе зеркал; она же позволяла разглядеть каждое украшение во всех подробностях. Свой ювелирный дебют Габриэль Шанель обставила с поистине сюрреалистической роскошью; из запертых витрин украшения выбрались на волю и Thanks to the Comité Jean Cocteau волшебным образом увлекали приглашенную публику за собой, к звездному небу, раскинувшемуся над пышными садами.

Как раз в 1932 году Анри Бергсон отмечал в «Двух источниках морали и религии», что разум подталкивает индивида к коллективу. Тем же принципом руководствовалась и Габриэль Шанель, окружавшая себя самыми блестящими творческими людьми своего времени; именно они первыми увидели коллекцию «Bijoux de Diamants». Для Великой мадемуазель это был ее личный «Баухаус», где созидательный ум, пропуская через себя драгоценности, придавал ювелирной коллекции ту духовную энергию, которая была столь важна философу.

Officiel déc 1932

По сути, Коко Шанель придумывала украшения для будущего. Она основательно переработала эскизы Поля Ириба, убрала застежки и сделала так, чтобы каждый предмет можно было носить несколькими способами. Ириб — разносторонне одаренный художник, иллюстратор, вестник стиля ар-деко, — входил в ее ближний круг с начала 1930-х годов и был партнером Мадемуазель Шанель в управлении парфюмерно-косметическим отделением Дома. Он скончался в 1935 году на вилле «Ла Пауза», но до самых последних дней не уставал восхвалять традиции французского мастерства: по его мнению, ручная работа, в отличие от безликих
фабричных изделий, придавала утонченность не только телу, но и духу.

Одно из самых впечатляющих документов, оставшихся от выставки, — серия набросков французского иллюстратора Кристиана Берара, который запечатлел Мадемуазель, работающую над восковыми манекенами. По случаю премьеры она заказала лучшему парижскому печатнику Дрегеру роскошный пресс-пакет, куда входили эффектные черно-белые фотографии украшений, сделанные Робером Брессоном, будущим гением французского кино. К снимкам прилагался манифест за личной подписью автора, где он подробно объяснял свой метод. Один из экземпляров, переписанный от руки Жаном Кокто, хранится в парижском
городском архиве.

Сам Жан Кокто той осенью наслаждался мягким южным климатом региона вар: он заканчивал пьесу «Адская машина» на море, в Сен-Мандрье, где они с Кристианом Бераром параллельно расписывали виллу «Бланш» для своих друзей — директора
Комеди Франсез Эдуарда Бурде и его супруги Денизы. Именно за этим занятием и застала его Коко Шанель: она попросила своего давнего друга придумать нечто невиданное, а именно — выставку драгоценностей, где миру будет явлена первая в истории коллекция Высокого ювелирного искусства, над которой она как раз закончила работу. Художники вернулись в Париж и вместе с ней трудились до зари, не покладая рук и утопая в россыпях драгоценных камней. На память об этой ночи у Кокто останется подарок от Великой мадемуазель в виде ладони.

Этих двух творческих личностей объединяла не только давняя и близкая дружба, но и вера в астрологию, знаки судьбы и силу прекрасного. Они не просто хорошо знали, но и понимали друг друга. Неудивительно, что именно к Кокто Габриэль Шанель
обратилась, чтобы воплотить свои смелые фантазии.

С момента премьеры прошло 90 лет. Отталкиваясь от революционной коллекции «Bijoux de Diamants», Ювелирная студия CHANEL предлагает заново осмыслить все ее основные сюжеты. Коллекция «1932» — это путешествие в пространстве и во времени, под небосклоном, испещренным звездами и планетами. Креативный директор Ювелирной студии CHANEL Патрис Легеро подхватывает небесную тему, сохраняя чистоту линий и стремление к полной свободе движений. Вот его комментарий: «Мне *Thanks to the Comité Jean Cocteau хотелось воскресить сам дух 1932 года, опираясь на три главных символа: комету, месяц и солнце. Каждое из этих небесных тел сияет собственным светом».

Классическая круглая огранка идеальных бриллиантов — знак вечности и бесконечности, а заодно и прием, позволяющий усилить сияние драгоценностей. Коллекция «1932» — это новая звездная карта. Здесь, конечно же, присутствует комета — легендарное разомкнутое колье, с которым украшения CHANEL вошли в историю. Метеоры летят по небосклону, оставляя за собой след, закрученный в спираль. Месяц, который в коллекции «Bijoux de Diamants» восходил лишь однажды, в версии «1932» предстает во множестве обличий и фаз: он даже успевает превратиться в полную луну, окруженную мерцающим гало. Но ярче всего сияет солнце с его всепобеждающими лучами.

Ювелиры CHANEL обращаются к прошлому, чтобы лучше подготовиться к будущему; в итоге получаются живые украшения, которые органично сосуществуют с движениями тела. В коллекции 77 предмет, причем 12 из украшений — трансформеры, которые свиваются и развиваются на теле, рассыпая вокруг себя звездные блики. Спирали-галактики сделаны так, чтобы легко обвиваться вокруг запястья. Солнце подрагивает у основания шеи с каждым биением сердца. Всякая владелица украшений может по своей прихоти менять траекторию движения звезд и комет. Сапфиры здесь — синее ночи, бриллианты — ярче солнечных лучей, опалы —
туманнее далеких галактик, рубины пылают, шпинель сияет, как утренняя заря, танзаниты манят небесной голубизной. Оригинальная коллекция была практически однотонной, симфонией чистого света, здесь же звучат глубокие цветные аккорды.

Главная гордость коллекции, колье Allure Céleste, — это исследование природы света, идущего по бескрайним небесам от звезды к звезде. Основу украшения составляют бриллианты круглой огранки; среди них еще ярче блистают удивительный по своей синеве овальный сапфир весом 55.55 карата и безупречный грушевидный бриллиант типа IIa, оттенка DFL, весом 8,05 карата. Гало, окружающие в этом колье-трансформере небесные тела, можно носить отдельно, как броши; центральная бриллиантовая нить превращается в браслет — и тогда колье становится короче. Здесь со всем блеском воплотилась мечта Мадемуазель Шанель, которая еще в 1932 году собиралась осыпать женщин целыми созвездиями бриллиантов.

#CHANEL1932 #CHANELHighJewelry

Official photos by Chanel

Хештеги : # # #

ВАМ ТАКЖЕ МОЖЕТ ПОНРАВИТЬСЯ:



Оставить комментарий

Your email address will not be published. Required fields are marked ( * ).

TiTANIUM - журнал для тех, кто, ценя комфорт и зная толк в хороших вещах, нуждается в интеллектуальной и духовной пище.

TiTANIUM — ваш путеводитель в мире высоких стандартов, предназначенный для натур взыскательных и искушенных.ваш гид по миру роскоши.

КОНТАКТЫ


Тел: + 371 29545294

улица Zalves, 35-K,
LV-1046,
Рига, Латвия


Связаться с нами